Наверх

Самые знаменитые писательские дневники

Самые знаменитые писательские дневники

Существует три разновидности использования дневника как жанра в литературе.

Собственно дневник (дневники Анны Франк, Юры Рябинкина, Тани Савичевой).

Литературные произведения в форме дневника («Журнал Печорина» в «Герое нашего времени» М.Ю. Лермонтова, «Чапаев» Д. Фурманова, «Дневник лишнего человека» И.С. Тургенва, «Деревенский дневник» Е.Я Дороша и др.)

Дневник писателя.  Дневник писателей остается в русской литературе значительным художественно-публицистическим явлением.

Начнем наш   разговор с дневников А.С. Пушкина.

 

  А. С. Пушкин

Лицейский дневник

Кишиневский дневник

Дневник 1833г.

Дневник 1834г.

Дневник 1835г.

Мемуары, автобиографические записки, дневники были обычным жанром поместно-дворянского круга пушкинской эпохи. Сам Пушкин начал вести «вседневные записки» еще в лицее: анекдот, литературное событие, эпиграмма чередовались здесь с интимно-лирической записью, бытовой зарисовкой, творческим самоотчетом... В кишиневской ссылке двадцатых годов дневниковые записи продолжались. Сохранившиеся листки имеют по нескольку дат за неделю. Дневник обогатился новой тематикой, бреттерской иронией, зрелыми литературными мнениями, получил общественно-политическую насыщенность -  имена Ипсиланти, Пестеля, Чаадаева красноречиво говорят с уцелевших листков о круге интересов Пушкина. Отдельные записи того же рода, лаконические, порою шифрующие значительные встречи, отмечающие памятные события, сохранились и от позднейших лет.

  Дневники Льва Николаевича Толстого — неотъемлемая часть его биографии, его литературного наследия. В них запечатлена неустанная работа мысли писателя, глубокие раздумья о жизни, социально-нравственные искания.

Ни один русский писатель не оставил после себя столь обширного по времени и богатого по содержанию Дневника, как Лев Толстой. Лев Толстой вел Дневники с некоторыми перерывами в течение почти всей своей жизни. Он начал их в 1847 году 18-летним юношей-студентом и закончил в 1910 году 82-летним всемирно известным писателем. Дневники, записки, исповедь как жанр были близки творческой индивидуальности Толстого. Это чувствовали многие современники и друзья писателя и поощряли его к ведению Дневника. Толстой и сам считал, что дневник помогает человеку сосредоточиться в его размышлениях о жизни, обязывает к искренности, откровенности, честности с самим собой, ибо, как он говорил, здесь «всякая фальшь сейчас же тобою чувствуется».

  

 Софья Толстая: Любовь и бунт. Дневник 1910 год (2013). В основу книги положен дневник 1910 года жены писателя. Софья Андреевна Толстая прожила вместе с Л.Н.Толстым почти полвека, не одно десятилетие она была центром многолюдной и счастливой жизни. Но 1910 год стал самым сложным в истории отношений писателя и его жены. По существу, за драматическими картинами яснополянских баталий того года встает спор о смысле жизни, в который было втянуто все окружение Толстых.

 

   Вершиной художественной публицистики дневникового жанра в XIX венке явился «Дневник писателя» Ф. М. Достоевского.

«Человек, приобщившийся к миру Достоевского, становится новым человеком, ему раскрываются иные измерения бытия». «По силе и остроте ума из великих писателей с ним может быть сравнен лишь один Шекспир, великий ум Возрождения», - писал Н.А. Бердяев.

Как писателя и публициста Ф.М. Достоевского интересовало практически все происходящее в современном ему мире, все находило отклик в его творчестве.

«Дневник писателя», помимо обсуждения самых различных тем, от глубоких философских и нравственных вопросов до анализа внешней политики держав, включает прямое обращение к читателю, как к непосредственному соучастнику событий своего времени. Пацифисты (и не только они) могут не принять многих пассажей автора в этом произведении (война лучше мира, во время войны люди одной нации объединяются и т.д.), однако этот публицистический запал писателя как бы тонет в обилии справедливых и глубоких мыслей об общественном устройстве мира, о положении в России, о литературных событиях времени.  Для нашего же времени актуальность дневника заключается в проницательности Ф.М. Достоевского, вскрывающего неизменную суть явлений.

 

  В "Литературном дневнике" поэтессы Зинаиды Гиппиус, одного из виднейших представителей Серебряного века, представлена широкая картина русской художественной культуры - картина тревожная, отражающая кризис духовных основ и непримиримую борьбу течений внутри русской интеллигенции. Взгляд Гиппиус не знает авторитетов, ее перо не щадит никого, и прежде всего литературных оппонентов - писателей, ориентирующихся на традиции классического реализма. Но мы, в отличие от автора, опубликовавшего "Литературный дневник" в 1908 году, знаем, что менее чем десятилетие спустя год 1917-й растопчет всех тех, кто так упоенно боролся друг с другом на развалинах общественных идеалов XIX века - и символистов, и реалистов, и представителей прочих менее заметных течений. Одних, как Гиппиус, он заставит покинуть родину, других, как Горького, заставит искать компромиссы с властью и собственной совестью. И это наше знание побуждает внимательно вчитываться в "Литературный дневник", написанный на злобу дня столетней давности, и искать в нем ответы на вопросы современной нам жизни.

     "Окаянные дни" - книга-дневник известного русского писателя И. А. Бунина, отражает страшные события первых лет революции в России. Пережив гибель страны как собственную казнь и пытаясь осмыслить причины произошедшего, автор адресует свое свидетельство "будущим историкам", - а значит всем нам, кому по-прежнему дорога судьба Отечества. Прошло почти столетие после случившегося: настало время еще раз задуматься об истоках русской трагедии, о том, что происходило и происходит в нашей истории, в нашем доме, в наших душах.

 

   Корней Чуковский: Дневник. 1901-1921. 1922-1935. 1936-1969. В 3-х томах.

"Дневника" Корнея Ивановича Чуковского - самая откровенная и самая драматичная его книга, охватывающая почти семь десятилетий его жизни. В первый том вошли записи 1901-1921 гг. Здесь даны впечатляющие портреты Шаляпина и Репина, Куприна и Леонида Андреева, Блока и Гумилева, Горького и Короленко, Маяковского и Ахматовой, Мережковского и Замятина, Кони и Луначарского... Все они, а также многие другие известные деятели русской культуры оживают на страницах дневника - этого беспощадного свидетельства о XX веке.

 

  

 Константин Симонов: Разные дни войны. Дневник писателя. 1941 год

Дневники Константина Симонова, которые он вел, будучи военным корреспондентом в 1941-1945 годах, - одно из наиболее ярких свидетельств войны. Трагизм военно-политических неудач советского руководства в первый год войны не случайно делает столь объемной эту книгу  о ее начале в 1941 г. Стараясь быть беспристрастным свидетелем, автор назвал воспоминания "Разные дни войны", оставив за современниками и потомками право самостоятельно вынести суждение об описываемых событиях и определить их историческую значимость.

 

 

Вера Инбер: Почти три года. Ленинградский дневник

Вера Михайловна Инбер родилась в Одессе в 1890 году, окончила гимназию, поступила на историко-филологический факультет одесских Высших женских курсов, затем четыре года жила в Европе.В 1912 году в Париже вышел ее первый стихотворный сборник "Печальное вино", который когда-то похвалил Блок. В 1918-м Инбер читала свои стихи на московских вечерах вместе с Бальмонтом, Белым, Ходасевичем, Маяковским, Цветаевой. К началу войны она и ее третий муж, Илья Давидович Страшун, профессор медицины, оказались в Ленинграде. Блокаду они пережили вместе. Инбер выступала по радио, читала в госпиталях, ездила на линию фронта и вела дневник. Вера Инбер на протяжении всей своей творческой жизни пыталась забыть декадентское прошлое, хотела быть и стала официально-признанным советским поэтом. Ее стихи и рассказы о революции, советских вождях успешно издавали, она входила в правление Союза писателей СССР. "Сталинская лауреатка и родственница Льва Троцкого", - как писал о ней Евгений Евтушенко, - чтобы понять, каково жить в эпоху террора, надо почувствовать себя в шкуре тех людей, которые боялись не только за себя, но и за своих близких". Она до самой старости так и осталась "смертельно испуганной, будучи донельзя лояльной" и в жизни, и в творчестве. Но ее блокадный дневник "Почти три года", пожалуй, самое честное и пронзительное свидетельство того страшного и героического времени…

 

 

 
   
М.М. Пришвин вел дневник всю жизнь. Он был убежден, что, если собрать все   записи в один том, получилась бы книга, ради которой он и родился. По оценкам издателей Пришвина, рукописи его дневников втрое превышают объем собственно художественных произведений автора.

Дневники М. М. Пришвина — фундаментальный и уникальный по объёму и достоверности наблюдений, образов и авторских мыслей источник изучения не только творчества писателя, но и полной драматизма истории личности и русского общества в полувековой период между 1905 г. — с его предчувствиями наступающей критической ломки жизни и до 1954 г. — с появившимися после смерти Сталина ожиданиями возможных изменений.

Пришвин развил традицию писательских дневников, создав самостоятельное литературное произведение, в котором личное переплетается с хроникой наблюдений и осознанием сущности человека во всех ипостасях жизни — в природе и обществе, в обыденном труде и творчестве, в мирной жизни и войне, в любви и религии.

Дневники в целом и в отдельных аспектах стали объектом многочисленных публикаций и исследований.

Писатель и филолог, биограф Пришвина А. Н. Варламов назвал его дневниковые записи «великим Дневником» и написал, что это — «книга с самым широким содержанием, рассчитанная на будущее прочтение… Дневник представлял собой некую параллельную его собственно художественным текстам литературу и находился с последней в постоянном диалоге».

Как писал сам Пришвин, «форма маленьких записей в дневник стала больше моей формой, чем всякая другая» (1940). А незадолго до смерти, в 1951 году, оглядываясь на свою жизнь, он признался: «Наверно, это вышло по моей литературной наивности (я не литератор), что я главные силы свои писателя тратил на писание своих дневников».

 

  Александр Гладков - человек книги, который подавал большие надежды, но не сделал всего того, что мог бы и обязан был сделать. Он сам признавался, что "слишком разбрасывался" - то увлекался Байроном, то наполеоновскими войнами, то Пастернаком, то еще кем-то и чем-то. Собирал материалы, вникал в детали, делал наброски, а потом неожиданно охладевал к теме. Он был человеком противоречий. "Я не светлая личность и не чудак, а человек, очень много думавший и очень много намеревавшийся сделать и очень мало сделавший, любивший жизнь больше славы и успеха". Согласитесь, что таких, как Александр Гладков, в настоящее время днем с огнем не сыщешь, чтобы не любили славы и успеха. Он любил людей талантливых. Был буквально влюблен в чужие таланты и был фанатиком книги. А еще библиоман. Заядлый театрал. А что в итоге? Гладков написал 7 пьес, 3 сценария, отдельные статьи и труд (нечто между воспоминанием и исследованием) о Мейерхольде. Гладков всегда был невероятно требователен к себе, считал, что сделал «ничтожно маловато». И стихи, которые он писал,  оценил тоже сам: «Беды, ошибки, улыбки, грехи... / Счет их довольно точен, / Это не более, чем стихи, / Но и не менее, впрочем».

Вместе с тем Гладков представляется намного значительнее своей репутации драматурга, автора одной замечательной пьесы и нескольких других ныне забытых пьес и киносценариев («Зеленая карета», «Невероятный Иегудиил Хламида» и др.). Судьба связала двадцатитрехлетнего Гладкова с Мейерхольдом и его театром. Замечательны и недооценены посмертно изданные его воспоминания о Мастере и ГосТИМе («Мейерхольд». В 2-х томах. М., 1990), но еще большую историко-культурную ценность представляет дневник, послуживший основой для книг Гладкова о Мейерхольде, Пастернаке, эссе о Юрии Олеше.

Для любого дневника особо значим психологический склад автора. Гладков был не слишком общителен, даже заслужил репутацию «бирюка». Любил одиночество. Еще в дневнике 1937 года есть запись о том, что он не может хорошо себя чувствовать в семье, постоянно ощущать «чье-то дыхание рядом». Но вместе с тем среди его друзей и знакомых в разные годы были Михаил Светлов, Эраст Гарин, Юрий Олеша, Борис Пастернак, Илья Эренбург, Борис Слуцкий, Виктор Шкловский, Надежда Мандельштам, Анна Ахматова, Варлам Шаламов, Константин Паустовский, Юрий Трифонов, Рой Медведев, переводчица-итальянистка Цецилия Кин. Гладков никому не завидовал, что. Важен дневник Гладкова и тем, что автор не гнушается «сором эпохи», ее «ароматом», мелкими подробностями, которые современникам кажутся незначащими, но впоследствии оказываются невосстановимыми. Эта живая жизнь, эта «Пуговица Пушкина» (как назвала свою книгу итальянская исследовательница Серена Витале) для Гладкова в сотни раз важней напыщенных мудрствований и деклараций. «Писать историю такой, какой я люблю ее читать, — вот вся моя писательская система», — заявил когда-то Ламартин. Под этим высказыванием Гладков мог бы подписаться…

 

 



Оценка качества услуг библиотеки

Оставьте Ваш отзыв о качестве работы МБУК «Великолукская центральная городская библиотека им. М.И. Семевского»